Книги Единой Жизни

« Вернуться к оглавлению раздела "Другие работы" Т. Шуришина ЖИВАЯ ЭНЕРГИЯ СВЕТА КНИГ ЕДИНОЙ ЖИЗНИ ПРЕДИСЛОВИЕ Мысль творящая, не оставь украшать пространство цветами Света! ("Живая Этика") Современное человечество вплотную подошло к пониманию того, что Мир – это тайна, познать которую человек не может. Но и человек как часть мира тоже является тайной, в этой принципиальной непознаваемости мир и человек взаимодействуют. Отношение к миру как тайне сформировано системой наук, которая ограничена либо методологически, либо мировоззренчески, либо вследствие технических возможностей тех или иных методов. Поэтому восприятие такой картины мира диктует востребованность лишь ограниченного сознания человека. В настоящее время резко обострилась ситуация, когда у конкретных наук не хватает возможностей, а у ограниченного сознания человека нет необходимости расширительно (перспективно) воспринимать мир. В связи с этим за пределами познания оказываются связи, соединяющие познанное с непознанным и тем более с непознаваемым в мире. И если непознанное ещё может быть объектом научного исследования (при отказе от сковывающих познавательный процесс методологических установок, при усовершенствовании инструментов познания и т.п.), то непознаваемое в любом случае остаётся за пределами традиционной науки. Все более и более очевидным становится бессилие изолированных друг от друга наук. Поэтому в современной науке, с одной стороны, актуальной является методология, обеспечивающая комплексное изучение объекта познания и стимулирующая исследования, построенные на стыке наук. С другой стороны, необходима совершенно иная концепция миропознания, которая смогла бы обновить миропонимание. Такую новую методологию познания мира во всей широте диапазона гносеологических объектов содержат Книги Единой Жизни (Ольги Моргуновой). Будучи сформулированной в «Постулатах Единой Жизни», эта методология удовлетворяет извечное стремление ученого к многомерности синкретизма самого процесса познания, к всеобъемлющему знанию, которое существовало ещё до того, как наука, искусство и магия расчленили единый мир, «растащив» его по своим сферам. Универсальность текста Книг Единой Жизни, философия которых построена на разворачивании абстрактных истин в конкретику эмпирического, создана той степенью обобщения, какая позволяет осуществить создание новой синкретической картины мира во всей её многомерности. Тексты Книг Единой Жизни – это широчайшая возможность для междисциплинарных научных исследований, так как новая методология познания, которую содержат Книги, сама питает, направляет и поддерживает научную инициативу. ВВЕДЕНИЕ " ... приход Майтреи тоже будет подобен приходу весны… это будет эпоха другой, уже новой религии… Она будет основана на Любви. Но носителями новой религии будет уже качественно другое, преображенное человечество... Вот что значит век Майтреи, век Любви. Когда же наступит это время? Когда прийдет Майтрея? Он придет, когда будет написана третья книга о приходе Майтреи… Так утверждают пророчества о Шамбале и Майтрее. При этом она должна быть написана на Севере… Первые две уже написаны. Первая – на Западе, вторая – на Востоке. Об этом знали в Тибете еще в начале ХХ века. Кто и когда напишет эту книгу? Или она уже написана?" (В.Бабанин. Тайны великих пирамид. – С.-П., Лань, 2000. – С.254). Феномен текста до сих пор остается непознанным, несмотря на то, что к нему сегодня буквально приковано внимание не только филологов, но и психологов, культурологов, историков, богословов, медиков, психиатров и др. Повышенный интерес к тексту обусловлен стремлением понять человека, создающего и воспринимающего текст. Таким образом, текст как объект научного познания мира стимулирует изучение творческой деятельности человека. Однако ученым до сих пор не удается однозначно определить даже само понятие "текст" – настолько сложна многомерная сущность изучаемого объекта – и эта неопределенность не позволяет описать текст во всей полноте его проявлений. На сегодняшний день признаются в качестве специфических такие свойства текста, как цельность, связность, прагматика, что делает возможным существование функциональной классификации текстов (в соответствие с системой функциональных стилей). Однако при всей актуальности функции как критерия классификации здесь всё же не учитывается дифференциация между поэтическими и прозаическими текстами в рамках одного стиля – художественного и совершенно исключаются из классификационного ряда тексты сакральные – священные, функционирование которых, хотя и ограничено более узкой социальной сферой (как правило, религиозной), однако в настоящее время такие тексты стали востребоваться не реже, чем художественные, да и социальная сфера их функционирования вышла уже далеко за рамки чисто религиозных отношений. Не вдаваясь сейчас в содержание дискуссий, идущих по вопросу о том, считать ли евангельские тексты и религиозные тексты других народов мифологическими или сакральными, отметим, что, на наш взгляд, к сакральным следует относить тексты, обладающие особой системной организацией, которая специфически воздействует на читателя. Если исходить из того, что каждый текст представляет собой систему, состоящую из ядра и периферии, соотношение между которыми по-разному проявляют их функциональные особенности, то нехудожественные тексты следует считать в основном периферийными, так как их восприятие осуществляется через многоуровневый подтекст, где сосредоточена основная художественно значимая информация. В сакральных текстах периферии почти нет, она ограничивается только поверхностью текста (речевой формой), все остальное в них – ядро. Поэтому из трех перечисленных выше общих свойств текста в сакральных наиболее актуальным является цельность, она проявляется не только на уровне содержания, но и на уровне формы. Объём системного ядра в таких текста делает их центрированными. Видимо, поэтому слова «священный» и «цельный» на санскрите являются однокоренными. Специфика организации сакральных текстов определяет и особенности воздействия на читателя: сакральные тексты делают его цельным, а значит – священным, позволяя центрироваться на Божественном внутри себя. О всеобщности, глубочайших корнях центрирования говорится в "Живой Этике": "В древних культурах всегда оставались признаки духовных учений. Даже старый хоровод сохранил начало духовности. В середине круга помещалась избранная, реже избранный. Кругом нее шли ритуальные движения и хор. Серединная избранность оставалась как бы в бездействии. Но все движения и обращение делались как бы к ней. И она несла на себе смысл выражения всех устремлений." (Листы сада Марии, Август – 26). Читая сакральные тексты, мы преображаемся внутренне и преображаем мир вокруг нас, поэтому ничего негативного в нас войти не может, центр просто оттолкнет это от нас. А с другой стороны, все, что будет исходить из нас, будет нести «аромат» нашей цельности, нашего света. Священные тексты – это тексты, которые светятся(излучают свет), они вмещают духовное содержание, и именно Дух в них работает своим излучением. В таких текстах содержится учебнаяинформация, так необходимая человечеству, всегда в значительной степени отделённому от всеобщего. В них чаще всего содержится учение о космических законах, единых для всех, о путях развития всего живого, о ступенях того развития, которое ведёт к эволюционному преобразованию (квантовому скачку). Сакральными являются тексты молитв, акафистов, псалмов и др., которые содержат практические моменты служения Единому. Но кроме всего этого у сакральных текстов есть ещё одна немаловажная, а может быть, и самая главная особенность – это тексты, написанные Любящим Сердцем, потому что все они передают Учение Любви, в какой бы форме оно ни выражалось, они излучают неиссякаемую внутреннюю полноту, подобно солнцу, неиссякаемому в своей космической работе. Они содержат Знание большее, чем отдельные религиозные представления о нем, и для постижения (не просто понимания!) их нужны и полнота собственной Любви и полнота Знания, так как такие тексты – Небесного происхождения. Сакральные тексты для тех, кто не просто ищет Света, а кто его жаждет. Эти тексты могут напоить жаждущего и накормить голодного, но только в том случае, если человек испытывает действительную внутреннюю жажду сокровенного Знания и неудовлетворен внешним учением. Такие знания, воспринятые и пропущенные через Любящее Сердце, представлены в Книгах Единой Жизни, одна из которых заканчивается следующими словами, подтверждающими сакральность текста: «Священная Книга Бытия дана людям. Расшифрованы все положения Единой Жизни. Божественное Бытие доступно осознанию человека. Мир – благоденствие миру твоему, Человек! Майтрейа» (Радость бытия). И все же каждая вышедшая в свет книга духовного содержания неизбежно встречается с человеческим скепсисом. Нередко бывает так: книга ещё не пришла к людям, а они уже построили целые баррикады, защищаясь от её света. Даже те, кто чувствует сакральную сущность учения, довольно часто требуют доказательств, подтверждающих это. Видимо, в наш век, когда рациональное в человеке значительно опередило духовную составляющую, это неизбежно. Книги Единой Жизни представляют собой так называемую правополушарную информацию, достоверность которой обычно требует подтверждения. Одним из таких гарантов достоверности является оценка с точки зрения научных законов (физических, психологических, физиологических и др.). Однако каждый, кто пытается изучать сакральные тексты с рационалистических позиций, сталкивается с одними и теми же трудностями: за пределами рационально понятого остается слишком много материала, который поддается объяснению только с учетом субъективной, психологической роли получателя такой информации. Сакральные тексты представляют собой результат общения человека с тонким миром в его многочисленных градациях. Таким образом, сакральные, как и все остальные тексты, несут на себе психолого-культурный отпечаток авторов, однако в сакральных текстах изложенную информацию можно считать первичной, ибо в основе ее лежит экстрасенсорика разных уровней. Все созданные тексты объединяет общая речевая форма, и это позволяет производить в сакральных текстах такие же лингвостилистические исследования, как и, например, в художественных, с учетом специфики каждого из них. Материал, попадающий на страницы таких текстов, парафизичен по своей сути, и извлекается, как правило, в виде символов, поэтому перед получателем такой информации стоит невероятно сложная задача – дисциплинируя свое творческое начало, доступно развернуть символы через линейные свойства речи. Система канонических сакральных текстов, например, Библии, строится с максимальным смещением равновесия ядра и периферии, основных структурных компонентов системной организации текста. Вследствие огромного пространства, занимаемого ядром в системе таких текстов, периферия сдвигается на самый край и сливается по существу с поверхностью текста. Поэтому ядро и речевая форма находятся так близко друг к другу, что просто само чтение уже представляет собой процесс считывания сокровенных смыслов ядра (по уровню сознания читателя). Такая же системная организация наблюдается и в текстах Книг Единой Жизни. Таким образом, в действительно сакральных текстах содержание максимально приближено к читателю всей Целостностью своего Единства, что может быть воспринято как свидетельство непосредственной близости мира видимого и мира невидимого, а Слово Божие как святая Одежда Сокровенного, к которой каждый может прикоснуться, как к краю одежды священнослужителя рукой, губами, душой – у кого как получится. Прикоснувшийся к этой "одежде Святого Писания" получает Откровение, точно так же, как получали избавления от болезней те, кто прикасался к одежде Христа. Интересно, что слово "касаться" этимологически восходит к "коса", которое, в свою очередь, к др.-инд. сasati – резать, castram – нож - приближение к разрезанию (устранению в конечном счете) завесы. Видимо, здесь все-таки не разрезание, т.к. есть слово "резать» в этом значении, здесь – значение "оскопить", лишить половой дифференциации, нейтрализовать половые различия за счет слияния с Духом или отказ от множественности (размножения) через оскопление в пользу Единства. Объем ядра сакральных текстов – свидетельство огромного смыслового комплекса, заложенного в нем. Этот комплекс, находясь в непосредственной близости к поверхности текста, изливает внутренний Свет на поверхность, поэтому простое (без интерпретации) чтение Библии всё вокруг насыщает Божественным Светом. Достаточно просто уметь читать, чтобы приблизиться к Свету ядра священных текстов. Модель сакрального текста можно представить следующим образом (рис. 1): Рис. 1. Сравним её с моделью художественного текста (рис. 2): Рис. 2. В Евангельских текстах информация подается в основном через жизнеописание Иисуса, через притчи, создавая таким образом своеобразный текст в тексте. Каноническим сакральным текстом читатель привлекается через действие, он воспринимает путешествие по жизни Иисуса, отождествляется в разной степени или, наоборот, в божественном страхе отстраняется от него, но все равно так или иначе становитсякак бы участником происходивших когда-то событий (сами события при этом признаются, как правило, исторически реальными). Притчи Иисуса представляют собой микротексты другого уровня. Здесь крупицы Божественной Мудрости того сокровенного Знания, которое содержится в ядре текста, постигаются уже духовным трудом. Понимание таких микротекстов многогранно, смысл их неисчерпаем, ибо нет пределов для духовного развития человека. В притчах Евангелия существует другой язык, и хотя там употребляются те же слова, что и в предметном языке, но этими словами говорится совсем о другом. И чтобы понять это, нужно знать грамматику такого языка. Именно по этой причине люди не понимали Иисуса, когда он им говорил о Царствии Небесном, а себя называл Царем, считая, что он хочет власти политической. Понимание таких текстов зависит не от сообразительности, а от труда и терпения и ещё от того, услышим ли мы призыв, обращенный только к нам и налагающий на нас обязанности перед нами самими, а не перед родственниками, друзьями, социумом, историей, делом, которому мы привыкли служить и т.п. Каждый человек, черпающий информацию из ядра сакральных текстов, выводит почерпнутое на поверхность, сокращая тем самым разность между ядром и периферией текста в своем восприятии. Это и есть процесс излияния Божественного Света, заключенного в сакральных текстах, в нашу повседневную жизнь каждым из нас. Структурную специфику (текст в тексте) канонических сакральных текстов можно сравнить с виноградной гроздью, где множество внешне самостоятельных виноградин объединены в одну гроздь. При этом сама форма грозди – яркий аналог метода проникновения в самую суть учения: от множества к единству. Известно, что в раннем христианстве виноградная гроздь нередко символизировала учение, а Христос изображался как рыба, ловля которой в водной пучине символизировала добывание глубинных смыслов (сокровенной духовной пищи) из недр Священного Писания (Рыба, фаршированная знанием). Таким образом, в канонических сакральных текстах ядро представлено бездонным единством бесконечного количества сокровенных смыслов, вылавливание которых соответствовало процессу параллельного постижения множественности мира физического. Периферия здесь также структурирована по принципу множества в одном (виноградная гроздь, где каждая виноградинка – уровень способности постижения христианства как духовного учения). Поэтому, несмотря на свой минимальный объем, периферическая часть системы таких текстов, хоть и совпадает с речевой тканью поверхности текста, однако она не линейна, а имеет объемную структуру за счет семантического объема каждого слова. Такая же гроздевая структура (множество опусов, несущих свой глубинный смысл при общем единстве текста) присуща и Книгам Единой Жизни. Вместе с тем, современный сакральный текст, каким являются Книги Единой Жизни, имеет несколько отличий от канонических текстов. Здесь усматриваются особенности, которые можно показать на примере Книги «Постулаты Единой Жизни». Важнейшей особенностью текстов Книг Единой Жизни является то, что эти книги поданы на современном русском языке в том месте Украины, которое называется «Буковина» и в котором культурная среда представлена серьёзным множеством языков, конгломератом различных культур. Сам факт подачи информации на русском языке свидетельствует о том, что в русском языке потенциально содержатся не просто все те понятия, о которых речь идёт в Книгах, в нём сохранена потенциальная способность выразить их необходимую многогранность концентрированно (в Единстве). Поэтому этот язык оказался наиболее адекватной формой вмещения такой информации и способом её выражения, обеспечив тем самым факт непосредственного (а не опосредованного через перевод, как например, в евангелических текстах) общения читателя с тонким миром. Тут исключены все неточности перевода, обусловленные несовпадением структур и речевых закономерностей разных языков (тем более древних мертвых языков и современного). Кроме этого, тексты Книг Единой Жизни не вмещаются в описанную выше системную модель круга (шара)¹. Они представляются совершенно иной моделью – башней, но с подвижным основанием. Если в канонических сакральных текстах входом в ядро является описанная многослойная повествовательная структура (жизнеописание - притча), то в текстах Книг Единой Жизни дверью является каждое слово, которое здесь проявляет свою истинную сущность образа, свернутого в знак. Поэтому поверхность текста Книг Единой Жизни представляет собой как бы основание башни, через каждое слово, открывающее ее вершину. Тот, кто разворачивает образ Духа, запечатленный в словесном знаке, волшебным (совершенно особым) образом перемещается к вершине, которое соответствует ядру в системной модели канонических текстов. Это открывание слов-дверей происходит по мере постижения написанного, которое приходится не просто читать, а перечитывать (и лучше с карандашом), чтобы набрать достаточное количество необходимой энергии для раскрытия этой двери. Здесь слово – дверь, фраза – лифт, вся поверхность текста – механизм подъема. Канонические сакральные тексты постигаются через глубину (символ рыбы, пойманной в мире). О текстах Книг Единой Жизни нужно говорить в понятиях высоты. Безусловно, понятие высоты присутствует и в канонических текстах, только там она представлена отраженной в глубине, а тексты Книг Единой Жизни уже лишены таких параллелей. Эти книги представлены непосредственной обращенностью к читателю с высоты Единой Жизни. Тексты Книг Единой Жизни сравнительно скупы на внешние эмоции, образность довольно скромна, их скорее можно отнести к ментальным текстам, где работа интеллекта является тем условием постижения смысла и тем усилием (не ключом (!): здесь на ключ ничего не закрыто, и дверь открывается собственным усилием), через которое происходит прорыв к вершине. Однако ментальность этих текстов особая: чтение Книг Единой Жизни осуществляет трансмутацию накопленного интеллекта в духовную субстанцию, способную поднять человека во всех смыслах этого слова (в том числе и сделать его acme – «острием», человеком стоящим, т.е. «собрать» его, сделать цельным). Человек стоящий (акмэ) обнаруживает потенциальную особенность быть героем, а не рабом, независимым и свободным. В философском смысле герой – это человек, который весь, полностью присутствует здесь и сейчас, это человек совершенный, он одновременен во всех своих частях. Обычный (эмпирический) человек не одновременен самому себе, а разбросан в пространстве и времени, разорван и почти никогда не присутствует там, где нужно присутствовать целиком. В древнегреческой философии героизм всегда обозначался символом стояния, т.е. символом вертикального человека, а его собранность противопоставлялась человеку, рассыпанному по горизонтали. В древнегреческой философии считалось, что человек, пока жив, не может быть счастлив, ибо не весь присутствует в самом себе, он распростерт по более широкому пространству и никогда не знает, когда и где на выставленную тобой руку или ногу кто-то наступит. Победа в Олимпийских играх сопровождалась словом «ореол» - это круг, в котором (внутри) человек полностью собран, победитель, таким образом, – это тот человек, который собирает в себе человека целиком, завершает его. Героическое совершенство – явление человеческой зрелости, это состояние акмэ нельзя не продлить, ни повторить. К нему нужно идти по пути испытаний, которые необходимы, чтобы в этом мире был возможен «Я» как самостоятельная автономная (самодостаточная в своей целостности) инстанция. На такой подвиг способен каждый, но совершают его единицы, толпа же подчиняется не самой себе, ибо в ней нет стержня (центра), а тому, что приходит извне. О том же писал и Ницше: «Поистине, друзья мои, я хожу среди людей, как среди обломков и отдельных частей человека. Самое ужасное для взора моего – это видеть человека разрушенным, разбросанным, как будто на поле кровопролитной битвы… Я хожу среди людей, как среди обломков будущего: того будущего, что вижу я. И в том мое творчество и стремление, чтобы собрать и соединить воедино все, что является обломком, загадкой и ужасной случайностью». Состояние «акме», обуславливающее особые качества человека, было важным и для восточных мудрецов. Так, даосский автор Ли-цзы (ок. 398 г. до н.э.) прославился мистическими способностями – умением «обуздывать ветер» (здесь имеется в виду ощущение «ходьбы по воздуху», которое возникает, когда ум впервые становится свободным). Проф. Судзуки спросили, что он чувствует в состоянии сатори (пробуждения) – «Совсем как обычно, только на два дюйма над землей» - отвечал он. Ли-цзы достиг состояния, когда «внутреннее и внешнее состоит в единстве». Это было состояние, когда не было различий в органах чувств, все стало одним. Ум замерз, тело растворилось, плоть и кости слились в одно. Перестал сознавать, на что опирается тело, на что ступает нога. «И несомый ветром, как лист с дерева или сухая шелуха, я в конце концов не сознавал, то ли ветер оседлал меня, то ли я - ветер» (А.Уотс «Путь Дзен», с. 51). Все это следствия целостности как психологического состояния человека, живущего в Спонтанности. Это состояние целостности обеспечивает свободное и легкое функционирование ума, и при этом не ощущается никакого эго, «стоящего над человеком с дубинкой». Это, как писали даосы, «тот, кто ходит, поднимая ноги руками», или «тот, у кого ноги идут сами». Вспомним способность Великих Учителей, в том числе и Христа, перемещаться по воздуху, поднявшись над землей – так называемое «хождение по воде» (способность к левитации). Эту способность пытался развить в своих учениках. Христос принес на Землю знание о высших мирах, и это знание гласило: люди, вы – Боги. В «Живой этике» написано: «…будущая эпоха должна стереть границы миров. И Египетские Мистерии превратились в формулу – ногами, человеческими». Вспомним омовение Иисусом ног своих учеников, чтобы сделать ступни легкими, пробуждая одновременно деятельностью солнечного сплетения. Одна из Книг Единой Жизни называется «По стопам ходоков». В физиолого-энергетическом отношении происходящее с читателем Книг Единой Жизни можно охарактеризовать как оживление центра солнечного сплетения (Манипуры) и сердечного центра (Анахаты), а точнее – связи между ними. Тонко чувствующий читатель ощущает (рано или поздно – у каждого свое время) тепло в области солнечного сплетения (обратим внимание на название этого места в теле человека: оно «солнечное», поэтому должно излучать тепло). Работа Манипуры оживляет существующую, но не всегда задействованную связь между ней и Анахатой, и тепло поднимается в область сердечного центра, но человек воспринимает его не как жар, а как утонченное ощущение оживления, приятного движения теплых потоков в области сердца. Эти физиологические ощущения сопровождаются изменениями в восприятии всего окружающего, об этом можно сказать так: просыпается Любовь ко всему вокруг и к себе как источнику этого чувства. Нервные узлы солнечного сплетения питают 5 тысяч клеток в нервной системе человека и связаны со ступнями, поэтому пробуждение Манипуры, возрождая связь между ней и Анахатой, рождает Любящее Сердце и легкие ступни, дающие возможность физиологически ощутить собственный духовный подъем. Объяснить словами чувство, особенно такое возвышающее, как Любовь, невозможно, это состояние психики, которое поймет только тот, кто сам его испытает. Все искания философов сущности Любви ни к чему не привели, но начиная с Платона, признавалось только одно: человек наделен свыше мощной энергией, функция которой так и осталась непознанной, однако ясно, что она несоизмеримо шире, чем просто призыв к продолжению биологического рода. Прикосновение (вспомним этимологию этого слова) к миру тонкому через сакральные тексты помогает прочувствовать всю безмерность и беспредельность Любви, заложенной в них. Так, «Жизнь в условиях сего дня закладывает Будущее», - написано в Книге Единой Жизни. При восприятии Книг Единой Жизни происходит общение глубины человеческой индивидуальности и высоты Единой Жизни при полном осознании того, что глубина и высота – аспекты одного и того же – Единой Жизни. Современное человечество накопило огромный интеллектуальный потенциал, а духовное развитие осталось на уровне не выше того, что было две тысячи лет назад. Об опасности ума, изолированного от Веры и Любви сердечной, предупреждали ещё первые христиане. Эту уродливую дисгармонию в человеке оставлять дальше стало очень опасным, поэтому даётся возможность для трансформации созревшего ума человека через слияние с Единой Жизнью (психофизиологически происходит очищение и раскрытие сердечного центра, этого Глаза Духа). Очищение (катарсис) освобождает человека от всех шлаков (физических, эмоциональных, ментальных) и делает его светлым до прозрачности, способным воспринимать, пропускать через себя высокие энергии Христова Сознания. Начинается осознавание того, что, как написано в Книгах Единой Жизни, «Человечество – Единая сущность», единый организм. Формируется планетарный уровень сознания, в результате чего «земля очистится легко и свободно» и начнет, наконец, осуществляться переход-подъем человечества на другой уровень сознания. Каждый может, почувствовав необыкновенную легкость своих ступней, ступней духа, подняться к следующему уровню постижения Единой Жизни. И в этом эволюционном процессе Книги Единой Жизни незаменимы, ибо они – транспортное средство: «Эта книга для тех, кто познал себя, но ещё остается в воплощенной форме, зарождая опорные вехи Будущего», – написано в Книге «Вехи Будущего». ГЛАВА I. Цветофоносемантический анализ текста Книги "Постулаты Единой Жизни" "Говорю: счастливы, понявшие звук и цвет. Изначала пророки прикасались к звучанию и цветению. Древнее учение о звоне полно значения. Венки и гирлянды помнят понимание целебное. Каждый по цвету излучения привлекается цветами… Луч Наш серебром более напоминает белые цветы. Звук и цвет наша лучшая Трапеза". ("Живая Этика") Взаимодействие наук является довольно характерной чертой современности и отражает общую тенденцию синтеза науки, искусства, а в недалёко будущем и религии. В таком взаимодействии , в частности, родилась наука психолингвистика, которая изучает общие закономерности взаимопроникновения лингвистических (ýже - речевых) и психологических процессов. Изучение подобных закономерностей привело ученых к открытию определенных соответствий, существующих между звуком и цветом, которые можно выявить, пользуясь специальной методикой. Многочисленные эксперименты, проведенные учеными, доказали сходство восприятия звуков и цветов различными людьми, причины такого сходства ученые склонны искать в области «коллективного бессознательного» (Юнг), так как именно в нём сохраняется нерасторжимая целостность. Изучение текста с позиций психолингвистики делает возможным не только осветить эту темную сторону коллективного человеческого сознания, но и высветить лучом знания всю радугу первичного единства, одним из проявлений которого является синестезия звука и цвета (цветной слух), который развит у всех людей, но осознаётся немногими. В основе синестезии лежит активизация межцентровых связей мозга, а потому синестезия – то способность синкретического восприятия мира, при котором информационный сигнал интерпретируется в единстве двух основных видов сенсорики – слуховом и зрительном. Синестезия как механизм межчувственной ассоциации позволила создать методику цветофоносемантического анализа, который обеспечивает интерпретацию текста через звуко-цветовые соответствия На уровне гласных эти соответствия следующие: [э] – светло-желто-зеленый цвет. [о] – светло-желтый до белого цвет. [ы] – темно-коричневый до черного цвет. [у] – темно-сине-зеленый цвет. [и] – светло-синий цвет. [а] – ярко-красный цвет². В системной организации текста каждый внешний знак поверхности текста связан с ядром – целым комплексом связей, одной из которых является связь звук-цвет. Их первоначальное духовное единство заложено в ядре и позволяет по этой связи (как одной из огромного количества самых разнообразных связей, формирующих целостность системы) построить интерпретацию всей системы. Представим для иллюстрации поверхность текста как область крайней периферии развернутой линией, а центр, где содержится информация не только о звукоцветовых соответствиях, но и о градациях внутри радуги, в виде вертикали. Такое расположение к тому же отразит и характер пространственных отношений между крайней периферией системы (линейный текст - горизонталь) и ядром как единством горизонтали и вертикали за счет доминирования иерархической составляющей. Проанализируем предложение, открывающее «Постулаты Единой Жизни» (рис. 3): Рис. 3 Методика выявления звуко-цветовых характеристик, разработанная А.П. Журавлёвым, позволяет определить ведущие цвета текста с учётом норм для каждой гласной звукобуквы: Таким образом, имплицитный цветовой спектр данного предложения следующий: Цифры справа указывают на уровень превышения нормы. Ведущим цветом этого фрагмента текста является светло-жёлтый, почти в 4 раза превышающий норму, на втором месте – светло-синий, на третьем – светло-жёлто-зелёный. Если учесть нормативные данные и степень их превышения по частотности употребления звукобуквы на поверхности текста, то в подтексте обнаруживается бóльшая или меньшая интенсивность соответствующего цвета. Если данные превышения нормы звукобукв в тексте использовать для построения цветной модели текста, то получим следующую модель данного предложения (рис. 4): Рис. 4 Анализ звукоцветовых соответствий второй части книги Единой Жизни «Книги Будущего», которая названа «Постулаты Единой Жизни» обнаруживает стойкое превышение нормы звукобуквы [и], которая соответствует светло-синему цвету. Второе и третье места занимают разные звукобуквы, но в основном – это [э] и [о], соответствующие светлой части радуги. Покажем это более подробно в таблице, где представлены звуко-цветовые соответствия 23-х "Постулатов Единой Жизни": Внутреннее движение цвета в тексте «Постулатов Единой Жизни» можно представить в следующем графике (рис. 5): Рис. 5 Таким образом, график показывает явное и стабильное преобладание во всех постулатах светло-синего цвета: он постоянно присутствует на первом месте в каждом постулате, и как бы отделён в собственном пространстве от других цветов. Светло-желтый и желто-зеленые проходят в подтексте на вторых и третьих местах, взаимодействуя между собой. Цветную модель текста «Постулатов» можно представить следующим образом (рис. 6): Рис. 6 Избирательные подсчеты других Книг Единой Жизни также обнаруживают преобладание светло-синего [и]. Что касается символики этого цвета, то она тесно связана с оптико-психологическими свойствами синего цвета, оттенком которого является описываемый цвет. Символика синего цвета, особенно светлых его оттенков, описывается как духовность, устремленность к Небу, собственно, он и есть в своем чистом виде – небесный цвет. Это цвет многих, хотя и не всех, канонических молитв, среди которых можно назвать наиболее распространенные «Отче наш» и «Символ Веры». Приведем для сравнения цветофоносемантический анализ молитвы «Отче наш»: 1 Óтче нáш сýщий на небесáх Да святúтся úмя Твоé, 2 Да приúдет Цáрствие Твоé, 3 Да бýдет вóля Твоя и на землé, как на нéбе. 4 Хлéб нáш насýщный Дай нáм на сéй дéнь 5 И простú нáм долгú нáши Как и мы прощáем должникáм нáшим. 6 И не введú нáс во искушéние, 7 Но избáвь нáс от лукáвого, Ибо Твоé éсть Цáрство и сúла и слáва вовéки. Аминь. Подсчёты обнаруживают в этом тексте следующие звуко-цветовые соответствия: Цветовая модель этого текста (рис. 7): Рис. 7 Определим динамику основных цветов в молитве «Отче наш», выделив в ней 7 смысловых компонентов (цифрами обозначено в тексте): Построим график динамики цвето-звуковых соответствий, превышающих норму в этом тексте (рис. 8): Рис. 8 Интересно, что все три цвета занимают в подтексте молитвы свои пространственные позиции, пересекаются друг с другом только красный и чёрный (хлеб – долги). При этом красный, самый земной, обнаруживает постоянство II и III мест по уровню превышения нормы, а светло-синий, небесный, преимущественно на первых местах; зеленый, занимая серединное место, волнообразно нарастает, чтобы заместить светло-синий на первом месте в 3 и 4 компонентах, где говорится о воле Божией и хлебе насущном. Другая широко известная каноническая молитва «Символ веры» также имеет светло-синий доминирующий цвет: 1) Верую во единого Бога Отца, Вседержателя, Творца небу и земли, видимым же всем и невидимым. 2) И во единого Господа Иисуса Христа, Сына Божия, Единородного, Иже от Отца рождённого прежде всех век: Света от Света, Бога истинна от Бога истинна, рождённа, несотворенна, единосуща Отцу, Им же вся быша. 3) Нас ради человек и нашего ради спасения сшедшего с небес и воплотившегося от Духа Свята и Марии Девы, и вочеловечшася. 4) Распятого же за ны при Понтшестем Пилате, и страдавша, и погребенна. 5) И восшедшаго на небеса, и сидяща одесную Отца. 6) И поки грядущаго славою судите живым и мертвым Его же Царствию не будет конца. 7) И в духа Святого, Господа, Животворящаго, Иже от Отца исходящаго, Иже со Отцем и Сыном споклоняема и сеславима, глаголавшаго пророки. 8) Во единую Святую, Соборную и Апостольскую Церковь. 9) Исповедую едино крещение во оставление грехов. 10) Чаю воскресения мертвых, и жизни будущего века. 11) Аминь. Ведущие цвета текста: Звуко-цветовая модель этого текста (рис. 9): Рис. 9 График движения цвета по тексту молитвы «Символ Веры» (по предложениям): График показывает, что в тексте этой молитвы, в отличие от «Отче наш», все цвета взаимодействуют, образуя сложный рисунок (рис. 10): Рис. 10 Подобная же цветовая модель и у любимой народом Иисусовой молитвы. А в самом распространённом сокращённом её варианте: «Господи, помилуй мя» в одинаковой степени превышения нормы находятся сразу обе звукобуквы: [о] и [и], в результате чего излучающая и поглощающая функции текста уравновешены. Цветовая модель такого текста (рис. 11): Рис. 11 Приведем еще один пример, теперь уже из книги «Калагия», которая, как утверждается, представляет собой «Учение Эволюции Человечества и Вселенной, принятое по Лучу Махасатьяна от Учителя Человечества Иисуса Христа – Майтрейи волхвом А.П.Наумкиным (художником) в горах Алтая». Возьмем для анализа наиболее яркую часть книги – один из гимнов: I Я есть – ОауМ – есть Я. II О, Мир, желаю Я всех благ тебе И расцветания в Огне, Тепле и Свете. Пусть Беспредельность станет выражением твоим, А Всевместимость станет Благом Сущих! III О, Бог Всевышний! О, Душа живых, Наполни Мир Огнем, Теплом и Светом. IV Да будет Радость Сущих общею молитвою Тебе, Кого мы величаем Всевмещающей Любовью! Благодарю Тебя, Владыка всех живых, За Мир, построенный Тобою, За Жизнь, дарованную нам Твоим любящим Сердцем, За Путь, указанный Учением Твоим! V И я творю себя в Огне, Тепле и Свете По Идеалу Высшему, который Сущность Бытия. Я часть Его, но в сердце моем Он, Живущий в Беспредельности вмещений! VI Я есть – ОауМ – есть Я. График динамики цвета в гимне по смысловым частям (рис. 12): Рис. 12 График показывает окаймляющую роль доминирующего зеленого цвета, содержащегося почти исключительно в мантре «Я есть ОауМ – Я есть», серединную часть занимают оттенки синего, черный и красный цвета, которые активно взаимодействуют. Поскольку все четыре звука, доминирующих в тексте и соответствующих названным цветам, незначительно отличаются превышением нормы друг от друга, то звуко-цветовую гамму этого текста можно было бы сравнить с аккордом. Цветовая модель этого текста (рис. 13): Рис. 13 Поскольку приведенный текст молитвенного характера (его рекомендуется читать утром, на ночь и перед медитацией), то здесь очевидна другая цветовая культура, даже можно говорить о его зелёном цветовом луче. В мощном духовном учении «Живая Этика», полученном Еленой Рерих на русском языке, много молитв, подтекст которых представлен чаще всего оттенками синего цвета: темно-синим [у] и светло-синим [и]. Воспроизведем цветовую палитру подтекста в одной из них: Помогу строить Твою Страну во имя Матери Мира и Отца Моего! ("Озарение") Ведущие цвета этого текста: Цветовая модель этого текста (рис. 14): Рис. 14 Возьмём молитву из письма Е.И.Рерих: «Нам дана молитва: Тебе, Владыка, служу всем, всегда и везде! Пусть путь мой будет весь в подвиге самоотречения» Ведущие цвета здесь: Цветовая модель этого текста (рис. 15): Рис. 15 Проанализируем также Молитву Шамбале в тексте «Живой Этики»: Ты, Позвавший меня на путь труда, прими умение и желание мое. Прими труд мой, Владыка, ибо Видишь меня среди дня и ночи. Яви, Владыка, Руку Твою, ибо тьма велика. Иду за Тобою! В этом тексте четыре ведущих цвета: Цветовая модель этого текста (рис. 16): Рис. 16 Так, сравнительный анализ показывает, что Книги Единой Жизни прочно занимают своё место в ряду сакральных текстов: они имеют такую же структурную организацию (монотексты), это тексты открытые и цельные, их прагматика связана со спецификой воздействия на читательское сознание. Однако для Книг Единой Жизни простого перечисления этих признаков сакральных текстов недостаточно, потому что каждый из этих признаков по-особому представлен в текстах Книг. Открытость текста связана не просто с доминирующим светлым оттенком имплицитного цвета, она распространяется на все структурные уровни текста. Каждая книга Единой Жизни, каждый опус в Книге и почти каждое предложение в опусах обнаруживают доминирование светло-синего [и], в два и более раз превышающего норму. Этот факт объясняет прозрачность текста Книг Единой Жизни и их цельность на всех уровнях структуры. Это уникальная организация текста. Сравнение с другими, уже анализированными нами сакральными текстами, обнаруживает в них отсутствие цветового единства, в структурных компонентах этих текстов доминируют разные цвета с небольшим превышением нормы. Отличие этих текстов от текста Книг Единой Жизни в том, что в них задействовано множество, в Книгах же всё подчинено Единству. Единство можно назвать концепцией текста Книг Единой Жизни. Отказ от множества в тексте Книг доведён до единственного цветового луча – светло-синего, по всей вероятности, луча универсального, так как светло-синим (бело-синим) был и Огонь Творения, того же цвета Благодатный Огонь до сих пор зажигается каждый раз у св. Гроба Господня в Иерусалиме на Пасху. Заключая главу, можно сказать, что особая системная организация и некоторые другие свойства текста Книг Единой Жизни (в том числе и Книги «Постулаты Единой Жизни») роднит его с другими сакральными текстами. В то же время метод цветофоносемантического анализа как средство реализации концепции многомерности познания позволяет обнаружить уникальную специфику текста Книг Единой Жизни как текста нового типа с максимальной духовной составляющей: 1. Постоянство их фоноцветовой структуры (доминирование со значительным превышением нормы светло-синего [и] с сопутствующими светло-желтым до белого [о] и светло-желто-зеленого [э]) является цветофоносемантическим подтверждением неизменной целостности этих текстов на всех структурных уровнях текста. 2. Цветовая модель текста Книг Единой Жизни наглядно демонстрирует открытостьэтих сакральных текстов на всех уровнях его структуры, что свидетельствует об уникальной доступностидля человека их содержания. Такая степень доступности основана на открытости как изначальном свойстве всех живых систем, поэтому открытость текстов Книг являет собой высший принцип духа – взаимосвязь всего живого. 3. Открытость текстов Книг Единой Жизни на всех уровнях своей структуры делает эти тексты прозрачными, благодаря чему обеспечивается естественный энергообмен между духовным содержанием Книг и человеком. 4. Прозрачность этих текстов обусловливает слияние автора (Единой Жизни) и читателя, в результате чего человек соединяется с тайной мира и раскрывает её не внешним, а внутренним знанием. 5. Универсальная информация Книг Единой Жизни, будучи окрашенной имплицитным светло-синим цветом специфически воздействует на читателя, способствуя его погружению в текст и наполняя его энергетическим потенциалом этого цвета. Светло-синий цветовой луч Книг Единой Жизни максимально соответствует Единству (Духу) и поэтому способен удовлетворить насущную потребность сегодняшнего дня в предельно обобщённом знании – философии Единой Жизни. ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ... Сведения об авторе данного научного исследования Книг Единой Жизни Шуришина Татьяна Ивановна, кандидат филологических наук, доцент Черновицкого национального университета имени Юрия Федьковича (Украина). Список основных публикаций по проблеме цветофоносемантики текста: Актуальные проблемы стилистики текста (цветофоносемантический аспект): Учебное пособие. - Черновцы: Рута, 1999. Взаимосвязь семантики цвета со звуковыми характеристиками текста (на материале лирики А.С. Пушкина) // Науковий вісник Чернівецького університету: Збірка наукових праць. Вип. 61. Слов'янська філологія. - Чернівці: ЧДУ, 1999. Лингвистическая интерпретация художественного текста в аспекте взаимосвязи семантики цвета и ритмомелодики: Учебное пособие. - Черновцы: Рута, 2000. Обучение лингвостилистической интерпретации художественного текста как многоаспектного единства (12 аспектов смысловой целостности ядра) // Языковое бытие человека и этноса, выпуск 6.- Барнаул, 2003. Опыт цветофоносемантического прочтения поэтического текста // Предложение и Слово: Межвузовский сборник научных трудов. - Саратов: Изд-во Саратовского университета, 2002. Автор и читатель с точки зрения фоносемантики ("Цветовые поля" стихотворения В.В. Набокова "Бабочка") // Антропоцентрическая парадигма в филологии: Материалы международной научной конференции. Ч.1. Литературоведение. - Ставрополь: Изд-во СГУ, 2003. Цветофоносемантическая интерпретация поэтических текстов В.Набокова в аспекте творческой позиции исследователя // Методология современной психолингвистики. Москва, 2003. Интерпретационные возможности цветофоносемантической модели текста (на материале Постулатов Единой Жизни) // www.postulates.org.ua, 2004. 1 В исследованиях мы сохраняем круговую модель и для текстов Книг Единой Жизни, условно игнорируя (в целях унифицированности модели для текстов всех видов) эту их специфику. 2 См. труды А.П. Журавлёва, Б.М. Галеева, R. Cytowic и др. « Вернуться к оглавлению раздела "Другие работы"

п»ї

author@postulates.org